Revolver Maps

Показаны сообщения с ярлыком Чернобыль. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Чернобыль. Показать все сообщения

четверг, 7 июля 2011 г.

Потерянное время, растраченная энергия.


     Прошло почти четыре месяца с момента аварии на АЭС Фукусима Дайичи и мы снова стали задумываться о перспективах атомной энергетики. Совсем недавно Германия объявила о скором закрытии всех своих 17 станций. Швейцария так же заявила об отказе от атомной энергетики. Другие страны пока молчат, но многие понимают, что эта страусиная политика до добра не доведет.
     И в то же время потребление энергии продолжает расти. Согласно Международному Энергетическому Агентству (IAE) к 2020 году потребность в электроэнергии возрастет на 35-40%. Без атомной энергетики многие страны не смогут попросту удовлетворять элементарные нужды, особенно если уменьшат использование ископаемых источников – нефти и угля.
     Германия надеется возместить отказ от атомной энергетики за счет возобновляемых источников энергии и, таким образом, уменьшить на десять процентов выбросы в атмосферу. Новые технологии могут помочь в достижении этих целей. Однако, еще в 2009 году (последние данные, доступные IAE) Германия потратила на ядерные исследования столько же, сколько на исследования в области  энергосбережения и новых технологий вместе взятые. Япония, пожинающая плоды аварии на Фукусима, направила на исследования в ядерной области 2,7 млрд. долларов – в шесть раз больше, чем на работы в области альтернативных источников энергии.
     Многие из этих исследовательских программ начались еще в 50-х – 60-х годах, когда человечество делало свои первые шаги к ядерному будущему. Технические трудности, дороговизна и опасные аварии сделали эту дорогу значительно длиннее, чем она казалась вначале, 50 лет назад.
     Некоторые инвестиции выглядят сейчас, после аварии на Фукусима, по меньшей мере сомнительными. Стоит ли Японии тратить сотни миллионов долларов на реакторы-размножители,  и нужно ли Германии продолжать солидную национальную программу по атомной энергии, учитывая стоящие перед ней большие трудности, в момент закрытия существующих АЭС?
     Тем временем, опасность климатических изменений никогда не была столь явной, как сейчас. Нужны источники энергии меньше загрязняющие окружающую среду, а для этого необходимо направлять больше средств в разработки в области материаловедения, чтобы, хотя бы, уменьшить стоимость солнечных батарей. Необходимы новые разработки в области возобновляемых источников энергии.
     К сожалению, согласно IAE, в 2010 году финансирование разработок в области энергетики сократилось, за исключением… атомной энергетики. Похоже, правительства не собираются отказываться от увеличения числа АЭС.
     Конечно, современные реакторы безопаснее, установленных на Фукусима. В краткосрочном плане они могут улучшить положение с энергоснабжением. Но не нужно быть предсказателем, чтобы понимать, что это не выход. Инциденты, подобные Чернобылю и Фукусима, ожидают нас в будущем.

     Распространенные заблуждения, касающиеся атомной энергетики.
«Существующие АЭС вырабатывают дешевую энергию, не загрязняя при этом атмосферу углекислым газом».
     Энергия, вырабатываемая АЭС никак не может считаться дешевой. Прямые и косвенные инвестиции правительств составили за время существования атомной энергетики сотни миллиардов. Только Германия в 1950-2010 годах потратила в эту сферу 203 миллиарда евро (FŐS 2010, http://www.foes.de/pdf/2010_FOES_Foerderung_Atomenergie_1950-2010.pdf ). Не учитываются и расходы, связанные с ликвидацией последствий аварий на АЭС.
     Кроме того, атомная энергетика не может считаться не загрязняющей атмосферу углекислым газом. Если учитывать сопутствующие производства, она в этом плане не имеет преимуществ (http://www.energybulletin.net/node/15345 ).  


     Думаю, ни один разумный человек не сомневается, что мы живем в мире с ограниченными ресурсами, что серьезный энергетический кризис не за горами, что серьезные природные катаклизмы, вызванные нашей недальновидностью, уже рядом. А мы до сих пор не имеем представления, что нам делать.
     Может надо тратить усилия и средства на решение этих проблем, а не гнаться за сиюминутными выгодами, которыми мы пишем сценарий фильма-катастрофы с участием наших детей и внуков.
   

пятница, 24 июня 2011 г.

Мы не знаем, как воздействуют на нас низкие дозы радиации.


Тревожные сообщения, продолжающие поступать с Фукусимы, заставляет нас всех задуматься: а чем это нам всем грозит?

Реальность заключается в том, что мы этого не знаем (Brenner, D.J. et al. Proc. Natl. Acad. Sci. USA 100, 13761-13766). Следовательно, мы не знаем из какой зоны эвакуировать, кого эвакуировать и на какой срок.
Фактически, все, что делает японское правительство, основано на очень противоречивых оценках ситуации. Но даже если бы мы знали, когда это закончится и знали дозы, которые получит население, мы не знаем главного – как эти низкие дозы радиации воздействуют на организм человека (Preston, D.L. et al Radiat. Res. 168, 1-64). Мы не знаем, как это скажется на «среднем» человеке и уж тем более не знаем, как это скажется на группах риска – детях и людях с генетически повышенной чувствительностью к воздействию радиации.
То, что сейчас делает правительство Японии для населения, не более, чем  проповеди миссионеров. Я не имею ввиду финансовую помощь.
Больше всего беспокоит то, что мы не знаем долговременных последствий выбросов в Фукусиме. Ведь они коснутся не только тех, кто живет в непосредственной близости со станцией.
Мы не знаем последствий длительного воздействия очень низких доз радиации, которые будут влиять на несколько поколений через пищу, воду, из окружающей среды. Мы не знаем этого для десятков тысяч японцев, которые получать малые дозы радиации, для миллионов японцев, которые получат очень малые дозы, мы не знаем этого для сотен миллионов людей, которые получат очень незначительные дозы избыточного облучения. Почти для всех риск заболевания раком вырастет незначительно. Но мы пока не знаем, как воздействует на миллионы людей избыточное облучение в течение одной минуты.
Возникает вопрос – как получилось, что до сих пор не изучено биологическое влияние низких доз радиации на человека? Ведь радиоактивность открыта более ста лет назад, а последние 50 лет о ней только и говорят. Мы уже должны бы знать большую часть того, что необходимо знать для принятия обоснованных решений.
Но не знаем. Почему?
Ответ прост: очень трудно, часто невозможно, количественно определить влияние длительного воздействия низких доз радиации на население. Даже после Чернобыля изучали только случаи возникновения рака поджелудочной и лейкемии (Chumak V.V. Health Phys. 94, 452-461).
Поэтому, раз уж случилась такая трагедия в Японии, надо попробовать установить опасные дозы для каждого облучившегося человека.
В последнее время почему-то распространяется дезинформация, что радиация чуть ли не безопасна (www.killingmother.blogspot.com). Приводятся примеры, что стюардессы и летчики получают избыточные дозы, превышающие вызванные Фукусимой. Приводят в пример врачей-радиологов, которым небольшие дозы радиации не только не вредят, а даже наоборот, улучшают здоровье. Для подобных деятелей, утверждающих, что небольшие дозы радиации являются чуть ли не гормезисом ( от гречекого hormesis – стимуляция какой-либо системы организма внешними воздействиями, имеющими силу, недостаточную для проявления вредных факторов), позволю себе процитировать Хэнка Робертса:
«У меня вызывают иронию аргументы в пользу «гормезиса» - думал ли кто-нибудь говорящий о пользе небольших доз облучения некоторых видов радиации, что первыми бенефициариями такого влияния будут бактерии и вирусы, подвергшиеся облучению?
Может быть, кто-то разбирающийся в этом сможет объяснить статьи, подобные
Для меня это звучит как «То, что нам больше всего нужно, это более здоровая холера!»

Я не хочу вызвать очередной приступ фобии. Но мы должны сейчас сосредоточиться на изучении влияния низких доз радиации на человека. И вспоминать об этом не только после катастроф, подобных Чернобылю и Фукусиме.

Природа-мать нам постоянно напоминает: «Вы, ребята, играете с тем, чего не понимаете. Но последний удар за мной, да и играете вы на моем поле».


вторник, 14 июня 2011 г.

Чернобыль. Невыученные уроки.


После аварии на Фукусима друзья, живущие на Сахалине, попросили прислать им информацию о влиянии радиации «на людей». Пока рылся в книгах и спрашивал коллег, понял, что самое страшное в таких случаях – неизвестность, незнание, непонимание.


Чернобыль показал нам, что общественная и психологическая реакции на известие о радиоактивном заражении имеют огромное значение.
Исследование, проведенное в 2006 году Международным Агентством по изучению рака (IARC), выявило 16 000 случаев рака щитовидной железы и 25 000 случаев других видов онкологических заболеваний, вызванных действием радиации. Много. Очень много. Но меньше, чем опасались.
Однако, еще в 1991 году МАГАТЭ обнаружило психологический эффект «совершенно непропорциональный биологическому влиянию радиации». Это исследование выявило огромное значение точной информации о радиоактивном заражении и о влиянии радиации на здоровье пострадавших людей.
Даже сейчас влияние Чернобыля на психическое состояние населения «является самой большой проблемой, вызванной катастрофой».
Неверное восприятие опасности радиации и неэффективные компенсации привели к распространению фатализма (и так нам свойственного)и состоянию «жертвы обстоятельств» среди населения. Это привело к росту потребления алкоголя и табака, вред от которых здоровью уже сравним с влиянием радиации(Smith J.T. "Are passive smoking, air pollution and obesity a greater mortality risk than major radiation incidents?" BMC Public Health 2007, 7:49 ). Неспособность решить общественную и психологическую стороны проблемы вызвана не только недостаточными усилиями государства и СМИ (в нашем случае все усилия были направлены на физическое лечение и восстановление пострадавших), но и сложностью задачи.
Государство и СМИ должны постоянно информировать население об уровне заражения. Сообщать о предпринимаемых мерах. В Чернобыле людей выселяли, не объясняя ни степени заражения, ни мер по борьбе с радиацией.
Все должны знать, какие почвы более склонны сохранять цезий, период полураспада которого 30,5 лет. Что заражение пищевых цепочек зависит от типа почвы. А ведь именно пищевые цепочки являются основным источником длительного (до десятков лет) действия низких доз радиации. Что следует избегать некоторых продуктов – грибов, ягод и пресноводной рыбы из пострадавших районов (сам в конце 80-х видел в Киеве на рынках и с рук продавали рыбу и люди покупали).
Сельские жители, да и дачники, должны знать, что добавление калийных удобрений уменьшает попадание цезия в растения, а животным следует давать таблетки Берлинской лазури, чтобы уменьшить поглощение тканями радиоактивного цезия.
Как пишет Джим Смит, соавтор и редактор книги «Чернобыль: катастрофа и последствия» (J.Smith “Chernobyl: Catastrophe and Sequences”, Springer, 2005), «Ключевым моментом в моем понимании влияния Чернобыля стало изучение в середине 90-х озер в Белоруссии. В зонах отчуждения озерная рыба содержала десятки тысяч беккерелей на килограмм. Пара стариков за 70 уже 10 лет жила возле такого озера. Они ели эту рыбу и выращивали овощи. Они могли бы жить в другом месте, но выбрали жизнь, которой жили. Я не хочу сказать, что они поступили правильно и никому не посоветую следовать их примеру. Но, думаю, для себя они сделали верный выбор: они пережили Чернобыль, а не были его жертвами».
И я сам не хочу быть и не хочу, чтобы те, кого люблю, были жертвами.
А для этого нужно знать. Знание уменьшает страх, Страх, который убивает сильнее радиации.

понедельник, 16 мая 2011 г.

Люди, реакторы и катастрофы.

После аварии на Фукусиме, вызванной природной катастрофой, у многих из нас возникла мысль, «а может ли подобное произойти рядом с моим домом?»
Коротко изложу результаты исследования, проведенного Nature .
Должен сказать, что это данные изложены с научно-технической точки зрения. С этической точки зрения не имеет значения, 1000 человек пострадает или десять миллионов. Рано или поздно, но все атомные станции должны быть закрыты.
Итак:
Для многих жителей Земли ситуация не столь уж и радужна, как они думают. Анализ, проведенный Nature и Колумбийским Университетом, Нью-Йорк, показывает, что в 30-километровых зонах 140 атомных станций живет больше людей, чем такой же зоне Фукусима Дайичи. А в Фукусима были вынуждены покинуть свои дома 172 000 человек. У 21 станции в 30-километровой зоне проживает более миллиона человек, а у шести – более трех миллионов.
Население было одним из факторов, которые рассматривались в исследовании Nature. Эксперты в области атомной энергетики говорят, что почти невозможно составить рейтинг безопасности, потому что каждый реактор имеет свой уникальный «профиль риска», а некоторые риски просто неизвестны. «Безопасность реактора зависит, прежде всего, от «культуры техники безопасности», которая включает отработку персоналом нештатных ситуаций, уровень подготовки оператора и персонала, общие правила безопасности на данной станции, - говорит М. Шнайдер, независимый эксперт по безопасности АЭС. Это означает, что новейший реактор самой лучшей конструкции вовсе не является самым безопасным. «Что безопаснее, пьяный водитель на новенькой Феррари или трезвый пилот Формулы 1 на древнем авто?»
Но все эксперты сходятся в том, что есть несколько основных факторов риска и существуют меры по их предотвращению.
Население.
Плотность населения вблизи атомной станции является основным критерием её безопасности.
«Мы должны рассматривать безопасность станции, принимая во внимание, где она расположена» - говорит председатель Всемирной Ассоциации операторов АЭС Лорент Стриккер.
Приведу только данные, касающиеся нас с вами.
В окрестностях станции, в радиусе 75 км проживают:
Билибино – здесь порядок. Глухомань.
Белоярская – 2,32 млн. человек
Балаково – 0,48 млн. человек
Волгодонск – 0,39 млн. человек
Нововоронеж – 1,58 млн. человек
Курск – 0,88 млн. человек
Смоленск – 0,31 млн. человек
Калинин – 0,25 млн. человек
Ленинград – 3,64 млн. человек
Ленинград-2 – 3,71 млн. человек
Запорожье – 1,54 млн. человек
Южноукраинская – 0,53 млн. человек
Хмельницкая – 1,11 млн. человек
Ровно – 0,76 млн. человек
Армянская – 2,47 млн. человек
С этим у нас получше, чем в Европе и уж точно лучше, чем в Китае и Японии.

Опасности извне.
Как показывает трагедия Фукусимы, внешние риски – такие, как землетрясения, цунами, пожары, наводнения, ураганы и даже террористические акты – являются одними из основных факторов риска.
К сожалению, мы не можем предвидеть ни место возможного землетрясения, ни высоту волны цунами.  Это означает, что АЭС, расположенные вне известных геологически неблагополучных зон, представляют собой большую опасность, чем станции, расположенные в районах, подверженных землетрясениям. Их конструкция слабее. Так, Фукусима Дайичи расположена в зоне безопасной с точки зрения карты сейсмических рисков Японии. В этом районе относительно невысока вероятность землетрясения и цунами. Поэтому, когда пришло цунами 11 марта, оно превысило все, на что рассчитывали инженеры и превысило запас прочности станции.

Конструкция станции и её возраст.
Некоторые реакторы и станции заведомо опаснее, чем другие. Один из факторов – мощность станции. Чем больше её мощность, тем больше радиоактивные выбросы в случае аварии – так произошло на Фукусима, когда в критической ситуации оказались четыре реактора из шести, операторы оказались не в состоянии справиться с ситуацией. На Кашивазаки-Карива – семь реакторов – она самая мощная в мире, мощность 7 965 мегаватт. Из наших в список очень мощных станций входит Ленинградская.
Более старый реактор вовсе не является опаснее самого нового. Так авария на Three Miles Island произошла через три месяца после ввода ее в строй. Чернобыль проработал всего два года. Часто весь комплекс просто не протестирован полностью и, кроме того не знаком операторам. Поэтому, в начальный период возможны всяческие ошибки.
Вторая опасность заключается в изменениях среди персонала станции. Инженеры, знакомые с конструкцией станции, принимавшие участие в ее разработке и строительстве, со временем уходят, а это приводит к потере квалификации персонала.
Авария в Чернобыле показала, что некоторые конструктивные особенности таят в себе опасность. В Чернобыле реактор содержал воспламеняющийся графит, который еще несколько недель горел, выбрасывая радиоактивный материал в атмосферу. Конструкция чернобыльского реактора имеет еще одну присущую ей нестабильность – реакция ускоряется, при недостатке воды. Несколько таких реакторов еще работают в России, например, на Ленинградской станции. Там была проделана большая работа, по усилению безопасности. Но уж больно много народа вокруг нее обитает.
Культура.
Как бы ни был спроектирован реактор, им управляют люди, люди, склонные к ошибкам. Операторов просто необходимо оберегать от самоуспокоения. «Единственное, что нас беспокоит, это самоуверенность» - говорят эксперты. Все эксперты сходятся в том, что самым главным фактором, определяющим безопасность станции, является культура безопасности. Среди всех членов рабочего коллектива, и создание такой культуры дело нелегкое.
«Это дорогостоящее предприятие. Оно включает внимание к деталям, желание получать назойливые инструкции старших работников, желание учиться у них», - пишет Ричард Мезерв, председатель группы советников по безопасности МАГАТЭ.
Мезерв видит и другую опасность, исходящую от атомной энергетики: многие страны, не имеющие опыта в атомной промышленности и не имеющие квалифицированного персонала, стремятся построить или уже строят атомные станции. Это Белоруссия, Чили, Египет, Иордания, Литва, Малайзия и Марокко.  
Так же тревожат проблемы законодательства и коррупции в этих странах.
Необходимо создать группу экспертов, которые будут инспектировать станции перед пуском.
Источники: Nature, NASA Sociaeconomic and Data Applications Center

среда, 27 апреля 2011 г.

Авария на Фукусиме потребует поистине эпических усилий для очистки.


Согласно последним данным, потребуются действия, сравнимые по масштабу с чернобыльскими.

Джефф Брамфил

По мере удаления от даты аварии на станции Фукусима Дайичи перед инженерами и учеными встает задача ликвидации последствий. Процесса, который может продлиться многие десятилетия или даже столетие.
Эксперты, принимавшие участие в ликвидации различных аварий на АЭС, говорят, что количество радиоактивного материала, которое придется удалить со станции и объемы повреждений делают очистку Фукусимы очень серьезной задачей. Поврежденные реакторы содержат почти 1 000 тонн ядерного топлива и тысячи тонн радиоактивной воды.
    На прошлой неделе Toshiba Corp высказала предположение, что на очистку станции потребуется десять лет. Однако, ветераны, принимавшие участие в ликвидации последствий на станции Three Mile в Пенсильвании, считают, что времени потребуется намного больше. Удаление радиоактивных материалов потребует четких действий и разработки сложной технологической программы по удалению загрязнений, вызванных частичным расплавлением топлива и взрывами.
     К тому же процесс очистки не может быть начат до того, как будут стабилизированы реакторы. Уровень радиации вокруг станции начинает уменьшаться, но опасность дальнейших выбросов еще существует. Сильные афтешоки 7-го и 11-го апреля вызывают опасения, что остановленные реакторы могут быть повреждены еще больше. Tokyo Electric Power Company (TEPCO), которая управляет станцией, сообщила, что дополнительных повреждений нет.

     Доклад Ядерной Комиссии США (NRC) от 26 марта, который стал известен The New York Times, сообщает, что массивные взрывы на станции, произошедшие в марте, разбросали отработанное топливо по территории станции. Представители NRC также считают, что часть уранового топлива из второго реактора могла попасть на бетонный пол возле установки, хотя японское правительство не подтвердило это. Кроме того, в документе отмечается, что охлаждающая вода не циркулирует должным образом в поврежденных реакторах и требуется принудительное охлаждение.
     Этот подход создает новые проблемы. В нормальном состоянии система охлаждения является замкнутой. В настоящее же время охлаждающая вода, загрязненная радиоизотопами выбрасывается в окружающую среду. TEPCO уже сообщала, что радиоактивная вода попала в море.
     Проблемы, связанные с водой, могут быть приоритетными в операции по обеззараживанию станции, считает Джек ДеВайн, независимый консультант, в течение шести лет занимавшийся демонтажом  второго реактора на станции Three Mile Island после того, как в 1979 году там произошло частичное расплавление топлива. Тогда, в следствие аварии, тысячи тонн воды, зараженной цезием-137 разлилось вокруг станции. Потребовалось несколько месяцев для того, чтобы построить систему, способную собрать всю эту воду и пропустить ее через цеолитовые фильтры. Цеолит удалил из воды цезий и другие радионуклиды, после чего вода подверглась выпариванию. ДеВайн считает, что такую систему следует внедрить и на Фукусиме, хотя постоянные утечки пока не позволяют приступить к обеззараживанию. Больше десяти тысяч тонн зараженной воды уже были выпущены в Тихий океан, чтобы освободить место в хранилищах для воды с большим уровнем заражения.
     Операция по обеззараживанию реакторов может оказаться еще более сложной задачей. Разбросанные частицы топлива и высокий уровень радиации не позволяет составить точную картину разрушений. Для этого, возможно, придется воспользоваться специальными роботами.
В ближайшем будущем роботы понадобятся для составления карты заражения и обследования разрушений и повреждений.
     Могут пройти годы, прежде чем удастся исследовать реакторы. На станции Three Mile Island инженерам пришлось ждать три года, прежде чем уровень радиации снизился настолько, что позволил опустить камеру по контрольной шахте в сердце реактора. На Фукусиме для этого может потребоваться значительно больший срок. Дело в том, что реакторы, нагревающие воду накрыты колпаком из нержавеющей стали и этот колпак может быть поднят кранами, расположенными над реакторами. Взрывы, произошедшие в трех реакторах, скорее всего, повредили эти краны.  Так что оператору придется искать какой-то другой способ.
      Конструктивные особенности реакторов так же представляет серьезную проблему. Сейчас реакторы представляют из себя жуткую смесь труб, клапанов, металлических обломков. Чтобы удалить топливо, по мнению ДеВина, придется построить одно или несколько зданий для кранов возле каждого реактора. Как понимаете, это дело не одного-двух месяцев. В этой работе будут участвовать не только роботы, но и люди.
     Потребуются меры аналогичные чернобыльским, где на месте старого саркофага решено было в 2001 году возвести новый, стоимостью почти в полтора миллиарда долларов. Новый саркофаг будет закончен к 2015 году. И только примерно в 2065 году появится возможность провести очистные работа на поврежденном четвертом реакторе.
     Понятно, что TEPCO просто не в состоянии осилить подобный титанический труд и потребуется помощь японского правительства.
К тому же, в Чернобыле не случается природных катаклизмов, подобных японским.  За столетие, которое придется простоять такому саркофагу в Фукусиме, Японию постигнет еще не одно землетрясение и цунами.  
Поэтому, полагает ДеВин, заткнуть джина Фукусимы в бутылке саркофага и оставить его дожидаться лучших времен может быть по-настоящему очень плохим решением.
Источник:
Nature, V 472, pp. 146-147

      
    

вторник, 26 апреля 2011 г.

Чернобыль. Фукусима, Мексиканский залив. Уроки, которые мы не усваиваем.

Катаклизмы и аварии последнее время происходят по самым неприятным сценариям и приводят к самым тяжелым последствиям.
Мы должны быть готовы к ним и быть в состоянии реагировать.

     Природные катаклизмы и рукотворные трагедии всегда происходили на Земле. Однако, в последнее время мир становится действительно опасным местом.
     25 лет назад страшная катастрофа потрясла Советский Союз.
     Год назад взрыв на буровой Бритиш Петроллиум в Мексиканском заливе унес жизни одиннадцати рабочих и вызвал утечку четырех миллионов барелей нефти в океан. Ученые до сих пор пытаются определить долговременные последствия аварии для региона и экосистемы в целом.
     Сейчас на другой половине земного шара Япония пытается противостоять катастрофе, унесшей десятки тысяч жизней, вызвавшей разрушения почти на 200 млрд. долларов и продолжающей отравлять воздух и море радиоактивными утечками.
     Эти три катастрофы столь разные по размерам и последствиям и совершенно отличные по причинам, имеют, однако, нечто общее.
      Переоценка надежности рукотворных систем и справедливости человеческих решений.